Семьдесят или девяносто лет он прожил

Семьдесят или девяносто лет он прожил

Признаюсь, до встречи с Темуром Кубановичем Ваначей я как-то не совсем верно относился к людям старше семидесяти лет. Просто считал: старый человек, не особенно вникая — семьдесят или девяносто лет он прожил.

А вот Темур Кубанович заставил подругому взглянуть на это.
Увидели мы его на чайной плантации за обычным для него занятием сбором листа. Поздоровались. Он с достоинством пожал нам руки. Пригласил в дом, но решили устроиться во дворе, в тени. Потихоньку завязалась беседа.
И вдруг вопрос:

А на сколько лет я выгляжу?
И пока я соображал, какой нужен ответ, мой спутник, Юрий Михайлович Гагулия, лукаво подмигнув, подыграл: Дедушка, лет на восемьдесят-девяносто…

У того на лице довольная улыбка:

Сто шестнадцать!

И вдруг эта невинная хитрость старика будто сняла с глаз покрывало. 116 лет. 1868 год рождения. Еще живы декабристы, в расцвете творчества Толстой. Войны, революции, великие потрясения….

Обвел взглядом вокруг. Дом моложе его. Вон те кустарники — тоже. Пожалуй, только могучая алыча помнит день его рождения. Сколько же пришлось пережить, перевидать этому человеку!