Родная природа

Степь Гоголя и, через полвека, «Степь» Чехова, «Реве тай стогне›› Шевченко, в свою очередь ставшей песней близкой — без всякого перевода — сотням миллионов людей, какой бы язык они ни считали родным. А отзвук, которого находит у читателя, без различия «пола и возраста», пейзажная живопись Паустовского? А все шесть томов изумительного, единственного в мире творчества Пришвина?

Я хочу сказать, что начато — и надо помочь ему, дать развернуться —

н а р о д н о е движение в защиту природы.

И я глубоко убежден, что именно нам своим примером, своей инициативой следует способствовать всепланетномў: решению вопроса. Потому что это мировой вопрос. И необходима здесь мирная общечеловеческая солидарность.

Достигнуто же сотрудничество ученых многих стран в проведении Международного геофизического года. Молодежь сближают фестивали. Вся Земля отмечает память гениев по благородному почину Всемирного Совета Мира.

Дело назрело. Объединить отдельные усилия, брать лучшее,где оно есть, сплотить людей доброй воли. Вероятно, через ЮНЕСКО,а может быть и как-нибудь иначе, но глубоко убежден, что — пора. Пора выйти с заботой о природе на международный форум. Борьба за красоту Земли — это тоже борьба за мир.

Ничего не следует упрощать.

Когда речь идет о хищниках, на машинах гоняющихся за сайгаками, джейранами, пока живое сердце не разорвется в споре с бензинным (страшна слепота этих людей — поэты сравнивали «как лань››, тысячелетия служила маркой прекрасного эта истязуемая ими жизнь!); когда речь катсается потрясшего нашу общественность случая на Волге, где началось с браконьерского вылова рыбы, а кончилось попыткой группового убийства людей,- тут просто должна быть применена строгость закона.

Я о другом.

Я проплыл новой Волгой. Трудно назвать вообще рекой это ожерелье «морей». Но не слышалось жалоб на загубленную красоту самой дорогой русскому сердцу Волги-реки,

что народ звал «матушкой››. Все видели новую, созданную небывалую красоту. <<Эк, вымахала!›› — «Дело человеческих рук››,- «Силу взяли, а Волги не убыло. Сторицей отплатили». И один попутчик подвел итог:

— Так, говорю,хозяйствуй на земле. Законом поставь! И хотелось пофантазировать о том, как упрямая природа становится покорно гибкой в сильных руках и, возможно, возникнет фауна рыб без «туризма» от устьев до верховий, вон как байкальская голомянка,- новая фауна новых морей…

Но сразу же обнаружилось досадное, нелепое «но».

Берег окаймляла будто варом обваренная полоска. Полоска, знакомая по Севану. Уровень водохранилища, оказывается,колеблется. Доливают и отливают — так, мол, надо для режима работы ГЭС. И при отливе ниже отметки «98» (как с горечью объяснил случившийся специалист) наступит замор рыбы, набившейся в протоках, устьях в поисках нерестилищ.

Странные причуды воображения! С серьезным этим фактом показался мне чем-то сходным иной, гораздо менее значительный.

С быстротой гриппа распространилась мода заливать асфальтом дорожки в парках, садах, на бульварах. Так опрятней, культурней, благоустроенней. Забыты красная присыпка, желтый песочек, шорох палой листвы. Побогаче благоустроители — и кипят котлы кипучие в загородных рощах.

На берегах речек, гипсовым строем выстраиваются статуи в ура-физкультурных позах.

На каких дрожжах поднялась эта психология, что природа «низший жанр», то, чем, того гляди, запачкаешся, до ее дел нет дела, только бы броней отгородиться от неё?!

Асфалътовые объятия стискивают стволы деревьев. После дождей на асфальтовых ловушках корчаться 100 дождевых червей — это их возвеличил Дарвин в последней книге как созидателей почвенного покрова земли.