Огонь и лоза

Огонь и лоза

В.Галайко

Не знаю уж точно и почему, но еще со школьной скамьи меня интересует все, что связано с наградами.

 

 Нашими, со-
ветскими, дореволюционными Рос-
сии, да и с иностранными. Видно, вино-
ват в этом мой дядя Иван Дмитрие-
вич. Бывший истребитель танков, про-
шедший от Волги до Берлина, он по
праздникам надевал свои ордена и ме-
дали. Что это было за зрелище! Очаро-
вательное, заманчивое, волнующее!

Тогда, кстати, я пришел к выводу
награды лучше всего смотрятс не на
парадном его костюме, а на той изно-
шенной гимнастерке, которую надевал
он только на День Победы.

У соседей неизвестно как осталась
подшивка журнала «Нива» за 1914-
1915 годы. И для меня самым любимым
занятием стало перечитывание ее. Осо-
бенно статьи, которые рассказывали о
подвигах георгиевских кавалеров. Один
из них совершал чудеса — пo десятку
немцев насаживал на пику, один разго-
нял целые эскадроны, пленных при-
водил взводами.

Однажды за чтением журнала меня
застал дед. Взяв его, посмотрел на фо-
тографии, хмыкнул. Заметив мое сос-
тояние, спросил:

Козьма Крючков покорил? Да ты
не смущайся, он в ту войну многим дур-
ману в голову напустил. Не верь, не
совершал он никаких подвигов.

Как?

А так… Придумано все тут…

А ты откуда знаешь?

Дед еще раз лукаво хмыкнул:

Да я и сам имею Георгиевский
крест.

Вот было открытие! Дед мирный, спо-
койный, мягкий, и вдруг такой герой.
Не верилось. Да какой из него Вояка!

Он будто подслушал мои мысли, за-
говорилё

В семнадцатом голу летом собра-

лн нас, награжденных Георгиевскими

крестами, на митинг. В дивизию Прие-

хал выступать Керенский. Он тогда ме-

талсиппо Западному фронту, агитировал

за воину.

Собрали нас, стоим Ждем. На ско-

лоченную из досок трибуну вышел Ke-

ренскии и начал говорить. За войну

до победного конца. Все молчат, головы

наклонили — воевать никто не хотел.

Тогда он в запале начал кричать:

Хотите, я с вами пойду в бой!