Как в плохом кино. Николай Бурляев – о деградации российского кинематографа

10.10.2020 Валентина Оберемко aif.ru/culture/person/kak_v_plohom_kino_nikolay_burlyaev_o_degradacii_rossiyskogo_kinematografa

Николай Бурляев. © / Рамиль Ситдиков / РИА Новости

Деятели культуры отмечали, что «отечест­венный процесс последнего 30-летия свидетель­ствует о неуклонной духовной деградации российского кинематографа. В обществе назрел вопрос о нравственном воспитательном качестве предлагаемых кинопродуктов». О том, как отказаться от «голливудщины» и поднять нашу культуру «с колен», «АиФ» поговорил с режиссёром, президентом кино­фестиваля «Золотой витязь» Николаем ­Бурляевым.

Кто пойдёт за нами?

Валентина Оберемко, «АиФ» – Николай Петрович, почему столько знаменитых людей обратились с открытым письмом к президенту? Там стоят подписи Ю. Соломина, В. Федосеева, В. Ливанова и др.

Николаем ­Бурляев: – Да, после 30 лет экранного безвременья нам пришлось обратиться к президенту для исправления тех ошибок, которые были допущены руководством государства в самом начале пере­стройки.

Законом Ельцина от 1993 г. было упразднено всяческое влияние Министерства культуры на культурную политику России. Для министерства оставили только одну функцию – распределение бюджетных средств, чем оно исправно занималось эти три десятилетия, поощряя то, что разбивает основы государ­ства, и давая государственные премии непотребным фильмам или спектаклям типа новосибирского «Тангейзера».

Нашу страну, нашу культуру ввергли в разврат и вседозволенность: делай что хочешь, а мы будем тебе только деньги давать. Так мы пришли к печальному результату: преступность выросла, невероятных масштабов достигли социальные пороки. Это плоды недальновидной деятельности прежнего руководства страны. И нынешнему руководству нужно это исправлять, если оно заботится о том, какое поколение пойдёт за нами, кому мы передадим Россию.

— Но ведь есть указ Путина об основах государственной культурной политики. Он хоть как-то претворяется в жизнь? Или никто из чиновников его не читал?

– Указ есть, он действует шестой год. Именно этот указ бывший министр культуры Владимир Мединский называл конституцией для чиновников министерства. Но пользоваться этой конституцией в полной мере они не могут, поскольку у них нет права вмешиваться в исполнение культурной политики. Это парадокс: указ есть, но он не действует.

В кино у нас прежде всего ориентируются на рынок, на успех в первый уик-энд. Но у настоящего искусства часто не бывает успеха в первый уик-энд! Например, у «Андрея Рублёва» Тарковского не было успеха в первые дни проката, но на этом фильме вырастали поколения, люди открывали для себя самого Андрея Рублёва, даже воцерковлялись после этой картины. Вот о чём надо думать! Об успехе в вечности, а не о первом уик-энде.

Наши коллеги устремились в русло Голливуда, но подражание Голливуду у нас выходит некачественно. Мы снимаем какие-то бутафорские фильмы о войне, о спорте, ремейки, истории про пошлость, патологии. И на этом всём растим поколение, в головах которого происходит переоценка ценностей отнюдь не в лучшую сторону.

– А что делать с этой вседозволенностью? Если вводить рамки цензуры, сразу начнутся возмущения.

– А почему вы так боитесь слова «цензура»? Пушкин не боялся, он открыто писал об этом: «Я убеждён в необходимости цензуры в образованном нрав­ственно и христианском обществе, под какими бы законами и правлением оно бы ни находилось…

Всякое правительство вправе не позволять проповедовать на площадях, что кому в голову придёт…» Не надо этого бояться! Пугающее слово «цензура» переводится с греческого как «строгое суждение, взыскательная критика». А какое государство, заботящееся о грядущих поколениях, не имеет права на строгое суждение?

Чему научит кино

– В адрес Министерства культуры и Фонда кино, которые распределяют бюджетные сред­ства на поддержку того или иного проекта, звучит много критики от профессионалов. Но почему нет возмущений по этому поводу простых зрителей? Это же их деньги!

– Почему же – люди возмущаются на самых разных уровнях. Я много езжу по России, ко мне подходят, говорят: «Они нас там что, за идиотов считают? Почему нам показывают эту пошлость по всем каналам телевидения, почему они к нам относятся как к быдлу?»

– Кстати, некоторые известные режиссёры уверены, что кино людей совершенно ничему не учит, что это просто картинка и занятная история.

– Да, я такое слышал. Но это глубокое заблуждение. Культура играет огромное значение для формирования основ нашего государства, потому что на кино и телевидении, часто пошлом, никчёмном, воспитываются целые поколения. Поколения российских детей росли 30 лет на абсолютно чужеродной для российского менталитета американской культуре, на их истории, их образе жизни, их идеологии. Почему Пентагон вкладывает гигантские деньги в кинематограф Америки? Потому что они думают о том, какой дальше будет Америка.

– Эти фильмы смотрят и американские зрители. Значит, им подходит, а нам, получается, нет?

– Они тупеют от этого кино – их правительству это выгодно. А нам-то зачем тупеть? Зачем нам их навязанная идеология? У нас есть своя история, которой не 100–200 лет, а несколько тысячелетий.

– Может, посоветовать зрителям бойкотировать и телевидение, и кино, пока они не начнут создавать что-то хорошее?

– А как они могут бойкотировать? Дети уже подсажены на этот крючок. Они уже привыкли к такому кинематографу, к патологиям, и переучить их будет очень трудно. Ведь есть люди, которые заинтересованы, чтобы зрители смотрели то, что сейчас смотрят.

– Вы говорите про 30-летнюю деградацию, а сколько времени понадобится, чтобы выправить ситуацию?

– 30 лет мы шли по неверному пути. Думаю, лет за 10 сможем перебороть эту тенденцию по одурачиванию народа.

– Если мы не вернёмся на путь истинный, к чему придём лет через 10?

– Мы же видим, к чему приходит западный мир, к чему пришла Европа, абсолютно дехристианизированная, деградировавшая, принявшая совершенно лукавые установки с этими их однополыми браками, гей-парадами. Россия таких вещей, я уверен, не примет никогда, потому мы надежда для мира, мы уцелеем сами и поможем уцелеть духовно планете.

– Но Россию сегодня на Западе в большинстве своём не любят. Кто же будет на нас ориентироваться?

– Кто не любит и кто не ориентируется? Это ошибка! Я часто езжу за границу, и где бы ни был, будь то Шотландия, Англия, Франция или Италия, люди, когда узнают о том, что я русский, говорят: «Путин!» – и показывают большой палец вверх. Реальные мнения сильно отличаются от пропаганды, которая работает на отрицательный образ России. Так что на Россию, когда придёт время, будут ориентироваться, смотреть и ей подражать.

новости статьи космос диета человек бизнес

***